Как много удивительного в нашей жизни находится где-то рядом, а нужно лишь снять шоры повседневных забот и расширить свой кругозор. И вновь с детским любопытством познавать мир, искренне радуясь открытиям. Так произошло и с нами, когда волей судьбы мы оказались в городе Соликамске Пермского края на экскурсии в квартире-музее художника мирового уровня Михаила Михайловича Потапова. Мы были поражены красотой его картин и талантом неординарной личности. Он прожил долгую и полную трудностей жизнь на преодоление, оставив после себя необыкновенной красоты художественные произведения, посвященные Древнему Египту, а также иконы и росписи православных храмов.
Михаил Михайлович родился в 1904 году в пригороде Варшавы. Его отец был потомственный дворянин, военный врач, имел звание генерала медицинской службы. Это был человек высокой культуры, глубоко верующий и по-настоящему порядочный. Он дал сыну прекрасное образование, присущее его положению. Михаил обучался в Московском дворянском пансионате, затем в Черкасской гимназии, где проявил свои уникальные способности в рисовании, истории и изучении древних языков. По воспоминаниям самого художника, он был седьмым ребенком в семье и рос очень слабым и болезненным. Однажды в детстве маленький Миша в учебнике по истории увидел картинку Древнего Египта времен фараонов, эта тема прошла через всю его жизнь. Небольшая картинка явилась как бы ключом, открывшим воспоминания из прошлой жизни. Он попросил маму сшить тунику и по утрам бегал на реку, чтобы поприветствовать Солнце, египетского Бога Ра. И уже с десяти лет Михаил углубленно стал изучать труды египтологов в оригинале на четырех языках. В этом ему помогал учитель истории, подбирая книги из преподавательской библиотеки. Картины Древнего Египта оживали в его голове, и уже тогда он начал делать зарисовки египетских правителей. Особенно был близок сердцу Михаила образ фараона реформатора Эхнатона, с его философией единобожия. Он мечтал всю свою жизнь посвятить изучению древнего Египта. К сожалению, его дворянское происхождение не позволило ему получить высшее образование в смутные революционные годы. И тогда Михаил поступил в частную школу Ю.И. Шпажинского, известного севастопольского живописца. Чтобы как-то выжить, молодой человек брался за любую работу – чертежника, лаборанта, разнорабочего. Но он никогда не расставался с Египетской темой, которая была для него главной необъяснимой страстью. Как позже писал сам Потапов, летом 1928 года он вышел в сад севастопольского дома и вновь погрузился в думы о судьбе любимого фараона Эхнатона: «И вдруг, как будто всё затуманилось вокруг, и перед моим взором стали возникать, как на экране кинематографа, картины. Я видел спальню умирающего Аменхотепа III, его жену Тейю в кресле рядом с ним… И мне только оставалось зафиксировать это на бумаге. Так я начал писать книгу «Солнечный мессия Древнего Египта». Первая часть трилогии была закончена в 30-е годы. Увлечение теософией помогло Михаилу осознать свое мистическое пристрастие к временам древнего Египта, как яркое воспоминание о прошлом воплощении в те далекие времена. Он по-настоящему верил, что был дочерью царствующего Эханатона Меритатон, но это не привело его к самовозвеличиванию себя даже в мыслях. Он был очень скромным человеком, и просто воплощал свои воспоминания в многочисленных картинах на протяжении всей жизни. Вместе с тем с 1928 года начинается иконописная деятельность Михаила Потапова, его очень заинтересовал византийский стиль храмовой живописи. Он общался с известными специалистами в этой области и принимал участие в реставрационных работах – самая известная – икона Владимирской Богоматери. Также он параллельно вел живую переписку с известными египтологами того времени. Благодаря полотнам по древнеегипетской теме Потапов стал известен в научных кругах. В 1929 году Академик Н.Я. Марр пригласил Михаила Михайловича в Ленинград, где его зачислили практикантом в египетский отдел государственного Эрмитажа. Крупнейший египтолог того времени В.В. Струве с восхищением отзывался об исторической точности его работ: «Только древнеегипетские мастера могли создать подобное. Вы – воскресший из мёртвых древнеегипетский художник». Вроде все складывалось неплохо, но молодой человек получает приказ прибыть на военную службу в Севастополь. До Севастополя он не доехал, так как серьезно заболел воспалением легких. После всех перипетий он оказался в Москве. В Академию художеств Михаила не взяли, сославшись на высокий профессиональный уровень представленных работ. Его, как уже сложившегося художника, просто не чему было учить. Он устроился работать в Музей Дарвина, и ему даже выделили квартиру. Его замечательные акварели бабочек удивляли посетителей своей точностью деталей и красотой.
Увлечение молодого человека древним Египтом и переписка с заграницей не остаются не замеченными органами НКВД. В 1935 году следует арест. При обыске у него было найдено много рисунков на египетскую тему. Его обвинили в контрреволюционной деятельности и распространении мистической литературы. При общении с Потаповым люди интуитивно чувствовали, что перед ними необычный человек, видимо не были исключением и следователи. На допросах его ни разу не били и не пытали. Пять лет он находился в заключении в лагерях ГУЛАГа. Михаил остался жив, благодаря таланту художника. Он рисовал портреты начальников колоний и их семей, которые в благодарность не отправляли его на тяжелейшие работы лесоповала, откуда мало кто возвращался живым. Но физическое и душевное здоровье были подорваны. Он потерял свою единственную любимую, которая его не дождалась. В 1940 голу после освобождения из лагеря он поехал к матери и брату в Крым, своего жилья у него не было. В мае 1941-го его признали окончательно непригодным для военной службы. Судьба словно берегла его для какой-то важной цели. И вновь испытание. Почти всю войну с 1941 по 1944 год он жил на оккупированной немцами территории Крыма. Из автобиографии Потапова: «Вскоре началась война, а потом немецкая оккупация. И вновь, как в лагерях, выручило ремесло художника. Комендант села (немец), узнав, что я художник, потребовал, чтобы я сделал его портрет, потом портрет его жены, с фотографии. Благодаря этому комендант не включил меня в список для отправки в Германию… Во время освобождения Крыма осколком немецкой гранаты, брошенной в наш дом, была ранена моя мама, а я контужен. Много раз мы попадали под бомбежку своей авиации. После освобождения, пройдя допросы в советской контрразведке, до конца войны я работал санитаром в госпитале. В 46-м году в Закарпатье нашелся мой старший брат Владимир, который вызвал нас к себе. Мы с мамой перебрались к нему в город Хуст. В доме старшего брата я прожил более тридцати лет, посвятив себя тому делу, для которого хранил меня Бог – иконописи и стенописи в православных храмах».
В 1945 году в Свято-Рождественском женском монастыре в Закарпатье Потапов был рукоположен в дьяконы. В это время он активно занимался иконописью и монументальной живописью в Православных храмах Украины. Одним из его достижений было очень точное воссоздание византийского стиля VI-XIII вв в убранстве церквей. В начале 70-х годов им был расписан главный храм Одесского мужского монастыря, на это у него ушло почти пять лет. В своей автобиографии Потапов вспоминает, что Патриарх Александрийской Церкви Николай VI был восхищен его работой. «Впервые вижу в вашей стране нашу византийскую стенопись», – сказал он мне. И наградил орденом святого Марка. То, что я был награжден именно Александрийским Патриархом и именно орденом Святого Марка, было для меня особенно символично. Евангелист Марк проповедовал в Египте, поэтому египетская церковь считает его своим покровителем. Через эту награду какая-то невидимая нить из Египта протянулась к моему сердцу».
Тридцать восемь лет Михаил Михайлович писал храмовые иконы, но на протяжении всей жизни он не расставался с темой древнего Египта. Его сердце и мысли всецело принадлежали этой далекой, но такой родной по духу эпохе правления Великого фараона Эхнатона. Ночи напролет он создавал уникальный живописный цикл «Эхнатониана». Православному окружению эти картины он конечно не показывал. Они бы однозначно не поняли и не приняли его увлечение древней религиозной философией.
В 1981 году Михаила Потапова приглашают на Урал в город Соликамск Пермского края. «В Соликамск я попал тоже по промыслу Божию. Мои знакомые в 1981 году организовали мне выставку в Соликамске. На ней присутствовали хозяева города – председатель горисполкома и его заместитель. Там им директор музея Дина Геннадьевна Соколкова сказала, что приглашает меня переехать в Соликамск, чтобы я и дальше писал картины на любимые темы, и завещал бы все свои картины соликамскому музею. Часть моих картин музей уже приобрел». Администрация города выделила ему двухкомнатную квартиру. Это скромное собственное жилье со всеми удобствами было пределом мечтаний престарелого художника. По Божией милости, как считал Потапов, в 90 лет у него появился ученик Сергей Лапин, очень близкий ему по духу и мироощущению человек. После трагической смерти своей матери, молодой человек перебрался жить к своему учителю, и был большим помощником во всех его делах. Именно в это время к Михаилу Михайловичу, наконец-то, пришла мировая известность. В 1990 году по приглашению посольства Египта в России художник в сопровождении Лапина посетил Каир. Семнадцать картин из серии «Галерея выдающихся деятелей Египта» художник подарил Александрийской библиотеке. После поездки в Египет Потапов долго был в депрессии. Вместо цветущего края, величественной архитектуры, которая запечатлелась в его памяти, он увидел полную деградацию — древние развалины былой роскоши посреди пустыни. Позже вместе с учеником он совершил поездку в Берлин в Египетский музей. Официальные заслуженные почести пришли только на 94 году жизни, ему было присвоено звание «Почетный академик Российской Пушкинской Академии».
К столетию художника была издана его повесть о фараоне Эхнатоне «Солнечный мессия Древнего Египта». Михаил Михайлович Потапов прожил долгую, полную трудностей жизнь. Судьба отмерила ему 103 года.
Свое имущество Михаил Михайлович завещал своему преданному ученику Сергею Ивановичу Лапину, как квартиру-музей частной коллекции со всеми своими работами и книгами. Потапов очень уважал его за монашеский дух и живую веру в Бога. И верный ученик выполнил волю своего учителя. Музей-квартира никогда не бывает пустой. Люди едут со всех концов страны, чтобы прикоснуться к загадочным сюжетам древней эпохи, ожившей под кистью мастера.
Попробуем и мы совершить краткий экскурс в историю Древнего Египта во времена правления фараона Эхнатона.
Древнеегипетский фараон Аменхотеп IV, более известный как Эхнатон — десятый фараон XVIII династии, сын Аменхотепа III и его жены Тии. Он правил страной вместе с царицей Нефертити семнадцать лет, в 1419 — 1400 годах до нашей эры. Время их правления вошло в историю как «Амарнский период», и ознаменовалось беспрецедентной религиозной реформой — переходом от многобожия к Единому Богу Атону. Любая религия выстраивает отношения людей с Богом. У древних египтян для каждого важного события в их жизни: деторождение, брак, смерть имелся свой бог. Например, к богу Мину нужно было обращаться, чтобы получить хороший урожай, к богу Осирису — для защиты своей души после смерти. То есть каждый из них отражал какую-то отдельную грань, один аспект Бога-Творца. Эти традиции передавались от поколения к поколению. У Эхнатона была глобальная задача заложить зерно единой религии в сознание людей. По его представлению Бог Солнце Атон олицетворял целостный образ Бога, источника всей жизни. В текстах из амарнских гробниц Атон называется «Матерью и Отцом» всего, что существует.
Фрагмент «Гимна Атону», найденный в гробнице Эй:
«Ты тот, кто развивает зародыш в женском теле,
Ты тот, кто создает семя в мужчине,
Ты тот, кто не перестает давать дыхание каждому живому существу…».
Каждая династия фараонов, приходившей к власти выбирала верховного бога страны. Например, фараоны V династии избрали своим покровителем бога Солнца Ра, религиозным центром был город Фивы. Во время правления отца Эхнатона, на первое место в обширном пантеоне богов вышел бог Амон. С его именем связывались победы в сражениях против захватчиков гиккосов, которые более ста лет хозяйничали на обширных территориях Египта. Придя к власти, Эхнатон начал постепенно повышать статус бога Атона. Его первоначальное имя прославляло бога Амона. На пятом году правления, по свидетельству историков, из папирусов исчезло имя «Амон-хотеп» и появилось новое имя «Ах-эн-Атон», что переводится, как «Угодный Атону».
Военные кампании продолжались. Фараоны XVIII династии, не только освободили свою страну от захватчиков, но начали завоевывать соседние страны — Северную Палестину, Сирию и Нубию с её золотыми рудниками. Началась эпоха Нового Царства. Египет превратился в могущественную и процветающую империю.
Эхнатон объявил бога Атона своим личным богом-покровителем и, следовательно, главным богом для всех своих подданных. Все древнеегипетские боги, изображались человекоподобными. Атон, в отличие от них, изображался в виде солнечного диска. От него к Земле устремлялись золотые лучи, на кончике каждого из них ручки, дающие свет и жизненную силу, любовь, надежду и защиту.
Ещё до правления Эхнатона Египет стал первой по величине мировой империей с разношёрстным населением. Для людей покоренных стран традиционные египетские боги казались слишком непонятными и экзотичными. Атон, единый для всех солнечный бог, должен был объединить людей разных верований и национальностей. Это и было миссией Эхнатона и Нефертити. Кроме того, нужны были кардинальные меры, чтобы ограничить стремительный рост власти и могущества, которую к этому времени приобрело духовенство Амона. У бывшего жречества отбирались привилегии, конфисковывались огромные богатства. Все средства направлялись на строительство новой столицы — Ахетатон. Она была построена в пустыне между прежними столицами Мемфисом и Фивами. Сейчас на этом месте расположено поселение Амарна.
За эти пять лет важную роль приобретает фигура Нефертити, как «Великой Царицы» и жены фараона, У них родились, две дочери. В первый год правления появилась Меритатон, через два года родилась младшая дочь Мекетатон. Кроме прекрасной внешности Нефертити обладала большим талантом руководителя. Она принимала участие во всех государственных делах, предпринимаемых мужем. Её статус был так высок, что ее имя упоминается на стеле в честь основания новой столицы Ахетатон. Высота ее положения подчеркивается и тем, что имя Нефертити на царском картуше стоит рядом с именем ее мужа.
Фараон назначил себя единственным представителем Бога на Земле, и вся жреческая каста стала ненужной. Древние святилища были закрыты, раньше туда имели доступ лишь посвященные. Новые храмы стали открыты для всех, любой простолюдин мог наблюдать за проведением божественных церемоний. Произошла настоящая революция. Везде удалялись изображения многочисленных богов. На алтарях храмов появились в разных вариантах изображения фараона Эхнатона, царицы Нефертити, и дочерей. Бог Атон всегда был рядом в виде солнечного диска.
Сознание простых людей, веками поклонявшихся своим богам, не было готово к таким быстрым и радикальным переменам. Исчезли привычные образы богов, часть их жизни. По их мнению, новая религия была очень абстрактна. Внутри зрело недовольство от пренебрежения к их богам. Им было непривычно во всех жизненных ситуациях молиться богу Атону — солнечному диску. Поэтому египтяне продолжали поклоняться старым египетским богам. Новая религия не нашла отклика у народа, оставаясь религией государственной власти.
Многобожие многими воспринимается, как что-то хаотичное, не имеющее форму. Люди словно разбрелись в разные стороны по своим интересам. Если бы была сохранена иерархия богов в сознании людей, когда во главе на вершине пирамиды стоит Единый Бог, а ниже находятся другие боги — служители Единого, курирующие каждый свою область, история, может быть, пошла бы по другому пути.
После ухода великого реформатора египтяне постарались стереть память о Едином Боге. Имена Эхнатона и Нефертити для истории были утеряны вплоть до открытия в XIX веке на месте современной Амарны древнего города Ахетатон. Эхнатон и Нефертити опередили время. Они заложили зерно Единой религии, которое начало прорастать во времена Иисуса в Эпоху Рыб. Медленно растёт сознание людей. И только в наше время Единая религия дает первые всходы.
Вернемся к Михаилу Михайловичу Потапову. Уникальный художник соединил в себе православную веру и знания о вечной жизни души. Открывшиеся картины жизни в древнем Египте показали ему, что душа человека не умирает, в каждом рождении она набирает ценный опыт, который привносит в следующее рождение. Нет ни начала, ни конца, существует единая прекрасная жизнь с ее взлетами и падениями. И если человек не изменяет своей божественной сути, накапливает любовь, веру, мудрость, расширяет горизонт сознания, душа как в сказке обретает крылья и устремляется в Небесную высь к Богу.
Почему живописная древнеегипетская тема так волнует многих? Египет и Россия связаны прочными невидимыми нитями со времен существования древней северной страны Гипербореи. В книге «Рождение Атлантиды» В.В. Кузнецовой есть информация, что «…Питер, Египет, а теперь стало известно, что и Гиперборея находятся на 30-ом меридиане. И Россия, и Египет связаны с Гипербореей. И, значит, Боги Египта и России – это Боги Гипербореи».
Имя Михаил — от древнееврейского Михаэль, означает «равный, подобный Богу». А его фамилия Потапов ассоциируется с глаголом «протоптать», то есть проложить тропинку, установить связь сквозь пространство и время. Потапов стал каналом, который пропустил через себя временные потоки из прошлого в настоящее время. И если учесть, что Египет имеет принадлежность к Атлантиде, а Урал – к Гиперборее, то роль великого художника очень важна и пока многими не осознана. Он через свое творчество примиряет и объединяет две враждующие в прошлом цивилизации древних материков. Сейчас пока не видно результата его подвижничества, но это обязательно высветится в Будущем, ведь все процессы имеет энергетическую структуру.
Когда мы были в Соликамске в квартире-музее Потапова, экскурсию вел ученик художника Сергей Лапин. Михаил Михайлович к этому времени уже умер. Его волшебные картины вызывали у посетителей разные чувства – трепет, радость, волнение, тревогу, почти никто не остался равнодушным. Появилось ощущение, что мы тоже воплощались в Египте в те далекие времена, и оказались в квартире Потапова неслучайно. Кто-то закрыл карму, кто-то пережил встречу с давно утерянным и забытым. Что-то изменилось в душе. И пришло понимание, что каждому из нас нужно взять самое лучшее из прошлого и привнести этот опыт в настоящее, чтобы не повторять ошибок.
Елена Острер, Людмила Романова
Пермь 21.01.2019